Видео

Сербы не обстреливали Маркале! Полковник Андрей Демуренко, свидетель обороны генерала Ратко Младича


Россия и мир (10.09.2016)

Ведущий – Борис Костенко.
Тема: «Миротворчество ООН».
Гость – Андрей Демуренко, полковник в отставке.

Телеканал «СПАС»

***

Андрей Демуренко. Судьба героя-миротворца

15.9.2004 Српска.ру

ris10„Звездным часом“ своей жизни Демуренко считает тот день, когда ему представилась возможность поднять голос в защиту сербов в ходе войны в Боснии и Герцеговине.

Двадцать девятого августа 1995 года на узкой улочке недалеко от рынка столичного города Сараево в результате взрыва было убито более 40 человек и ранено более 90. Официальный представитель ООН, не дождавшись окончания расследования, буквально через несколько часов публично обвинил тогда войска Республики Сербской в убийстве мирных жителей „минами, выпущенными со стороны сербов“. Полковник российской армии, служивший в то время в Сараеве в качестве начальника штаба – заместителя командующего пятитысячным миротворческим контингентом ООН, понимая, что опять международное сообщество даст себя обмануть, принимая версию врагов сербского народа, решил докопаться до истины. Срочно проведенное по его инициативе расследование показало, что ооновская версия теракта не выдерживает никакой критики, что он и публично объявил с доказательствами в руках в интервью „Ассошиэйтед Пресс“ 2 сентября 1995 года, переданное немедленно через 110 информационных агентств.

Голос российского полковника звучал диссонансом в хоре обвинителей сербов, но одновременно разрушал монополию Запада на истину.

Андрею Владимировичу Демуренко 43 года. Как и многие другие члены семей военнослужащих (а отец у него был офицер Советской армии), он родился в небольшом городке и так же, как большинство наших соотечественников несет в себе кровь нескольких славянских народов. Дед (по отцу) „отпочковавшись“ в ходе столыпинской реформы от полтавской земли, убыл своим ходом в Сибирь, где в Минусинском районе Красноярского края в 1922 году родился (на плоту!) очередной сын. Дед по материнской линии был белорус, живший до революции в Польше. Взяв в жены дочь зажиточного кубанского казака, бывший почтмейстер вырастил семеро детей. Мало того, что русско-украинско-белорусские корни соединились в Андрее Владимировиче, так он еще нашел себе прекрасную жену – Дину (в девичестве – Мавроматис), которая несет в себе лучшие качества понтийских греков.

Детство А.В.Демуренко прошло в Москве, куда перевели его отца в середине 50-х годов. Учеба в школе, жизнь в „хулиганском“ районе Перово, занятия плаванием с восьми лет, – все, как у других мальчишек его круга. Даже мечта стать офицером довольно долго не имела четких очертаний. Но все же после некоторого трудового опыта на стройках славного города Нарьян-Мара юноша понял, что военная жизнь – это то, что ему нужно.

Далее – Московское высшее общевойсковое училище Верховного Совета РСФСР, один из престижных вузов, готовящих „полевых командиров“. Постижение офицерской чести, понимание того, что надо пройти путь от „низов“, были воспитаны незабываемыми командирами – полковником П.Я.Вешняковым и старшим лейтенантом Барынькиным В.М. (который впоследствии дослужился до генерал-полковника).

По окончании училища новоиспеченный лейтенант Демуренко „отклонил“ лестные предложения продолжить службу в Кремлевском полку ГБ и полку обеспечения курсов „Выстрел“ только потому, что считал неправильным оставаться в „Арбатском военном округе“. Потом были трудные, но счастливые, как он говорит, годы в разведбате в Восточной Германии, когда „вероятный противник“ стоял буквально в 50 метрах от наблюдательного поста.

Потом, после командования подразделением, Демуренко продолжил службу в штабе соединения, где впервые им была сделана попытка написать подобие военно-теоретической работы. Несмотря на то, что этот „труд“ не нашел нигде применения, Андрей Владимирович до сих пор гордится своими „Некоторыми вопросами рефлексивного управления противником в ходе операции по оперативной маскировке“. Первый опыт аналитической работы пригодился в жизни и службе.

В должности начальника штаба батальона Демуренко поступил в Военную академию им. М.В.Фрунзе, которую закончил с отличием в 1984 году. Потом – любимый российский Дальний Восток, где проходил службу командиром батальона, начальником штаба полка и наконец принял мотострелковый полк в „диком гарнизоне“ Филипо недалеко от российско-китайской границы. С точки зрения любого полевого командира, командование развернутым (правда, по штатам мирного времени) полком, тем более вдали от вышестоящих штабов, городов и соблазнов, есть большая удача, так как дает возможность реализовать свою самостоятельность и энергию. По словам самого Демуренко, несмотря на несомненные успехи, особенно в работе с личным составом, оценки его труда были далеко неоднозначны.

Тем не менее, служба командиром полка на Дальнем Востоке в течение двух с половиной лет кажется Андрею Владимировичу счастливой порой. Когда настало время уезжать (Демуренко переводили в Москву в одно из управлений Генштаба), дети плакали, а сам Андрей Владимирович всерьез подумывал о том, как вернуться в родной Дальнереченск в ином качестве… Эти мысли и до сих пор посещают его.

В Москве жил в тесной квартире родителей, имея по 4 квадратных метра на человека. Но был счастлив хотя бы уже тем, что дети имеют возможность полноценно учиться, а жена Дина – работать по специальности в аптеке. Два года пролетели мигом и весной 1992 года внезапно открылась фантастическая возможность учиться в Военной академии США. Продолжалась (вернее, завершалась) горбачевская „перестройка“, потеплели отношения с бывшими врагами. Посол РФ в США Владимир Лукин сообщил, что руководство ВС США приглашает на обучение трех офицеров российской армии. Министр обороны П.С.Грачев поддержал эту идею и дал „зеленый свет“. Так подполковник Демуренко стал первым в истории российско-американских отношений офицером, получившим высшее военное образование США. Правда, до лета 1998 года – и последним обучившимся в командно-штабном колледже. Наверное, одной из причин того, что обмены офицерами наших стран на долгое время прекратились, может быть, заключена в том, что один из тех троих, первых поехавших в США, после учебы отказался вернуться на Родину.

Америка не очень удивила Андрея Владимировича техническим прогрессом, но обрадовала сердечным отношением простых людей, которые буквально рвались проявить доброе отношение к русскому. Это было не показное барское добросердие, а искреннее желание помочь. Примером этого может быть случай с детьми Андрея Владимировича, которых очень хотелось взять с собой, но не было денег на билеты. И вот, узнав это, американские офицеры учебной группы по инициативе женщины – майора Дебби, собрали вскладчину необходимую сумму с помощью лучшего друга Андрея – Тима Томаса, смогли собрать всю семью вместе.

Вообще, по словам Демуренко, его эпопея в США достойна целой книги, но главный вывод достаточно прост. Абсолютно искренне он верит, что идеологически (и территориально) разведенные наши народы, на самом деле очень близки друг другу.

В тот период, 1992 – 1993 годы, Демуренко серьезно начал работать в области теории международного миротворчества, понимая, что это одно из перспективных направлений военной науки.

По прибытии в Москву, он продолжил службу в Генштабе, наивно полагая, что его знания в скором времени будут востребованы. Увы! Не заинтересовали даже 160 новейших наставления и уставов вооруженных сил США, которые были им привезены с надеждой, что информация о военном деле бывших противников, а ныне – партнеров будет использована для дела. Это были иллюзии, как показало время. На подробном докладе полковника Демуренко о первом (!) опыте американского военного образования после его представления начальнику Генерального Штаба появилась резолюция: „Некогда мне читать длинные доклады. Колесников“.

Правда, опыт взаимодействия с американской армией пригодился в ходе подготовки и проведения первых миротворческих учений РФ – США на полигоне в Тоцком. Знание английского языка и теории миротворчества были также применены полковником Демуренко на семинарах, конференциях и штабных играх за рубежом и в России. Исходя из этого, логичным стало назначение Андрея Владимировича на должность начальника штаба – заместителя Командующего миротворческим контингентом ООН сектора Сараево в Боснии и Герцеговине.

Можно представить, что это был за опыт: пятитысячный контингент на две трети состоящий из французских войск, а также подразделений Украины, Египта, Голландии, России; шесть месяцев в Сараева, десятки убитых и раненых, голод и разрушения вокруг, дружба с руководителями воюющих сторон (особенно Демуренко гордится знакомством с Ратко Младичем, командующим войсками Республики Сербской), а также западных армий – английской, американской, французской; дружный коллектив его штаба, особенно его девять российских офицеров, острое ощущение зеркальной повторяемости трагических событий на юге Балкан (благодатный край, христиано-мусульманские противоречия, вмешательство третьих сил) и Юге России (благодатный край… и см. выше).

О русских добровольцах в Сербии Демуренко знает очень много. По своей натуре это типичные искатели приключений, они делились на две категории – „романтики“ и „уголовники“. Интересно, что их совсем не тянуло объединяться в чисто русские подразделения. Причина проста: почти все они были самодостаточны психологически. В отрядах „русских добровольцев“ можно было встретить кого угодно, даже японца.

Зато воевали „русские“ сильно. Демуренко вспоминает случай, когда тридцать добровольцев, используя свои тактические приемы, взяли в плен целых два батальона.

В общем, и балканская эпопея Андрея Демуренко достойна отдельной книги, которая, может быть, появится когда-нибудь.

Вклад полковника Демуренко в дело миротворчества на Балканах было отмечено высшей наградой Республики Сербской – орденом Св. Ньегоша первой степени, чем он гордится более чем всеми юбилейными медалями, полученными в ходе службы в СА.

1 reply »